"After my death our beloved Church abroad will break three ways .... first the Greeks will leave us as they were never a part of us ... then those who live for this world and its glory will go to Moscow ... what will remain will be those souls faithful to Christ and His Church." St. Philaret of NY 1985

Epistle On the Paris Separation 1966

Epistle of St. Filaret: 
All machine-English translation: 

Author: Metropolitan Agafangel. Publication Date: September 13, 2019 . Category: ROCOR .
All original Russian-language link:



Metropolitan Filaret: On the Separation of the ROCOR and the Paris Archdiocese

Message
First Hierarch of the Russian Orthodox Church Abroad
Russian Orthodox archpastors, pastors, parishes and Russian Orthodox people in Western Europe and in all countries of dispersion.

“So, I, a prisoner in the Lord, I implore you to act worthy of the title to which you are called, with all humble wisdom and meekness, and patience, condescending to one another's love, trying to maintain unity of spirit in the union of the world” (Ephesians 4.1-3).

The ordeals sent to the Russian people since the revolution have manifested themselves in a number of temptations in the field of church life.  While our brothers in the homeland faced the difficult task of preserving the Faith and the Church in conditions of cruel persecution, then we, living in freedom, have a duty not only to keep our Faith intact in exile, but also to observe the fidelity of our persecuted Mother Church, despite the fact that we cannot have fellowship with her current official leadership, which chose the way of mixing light with darkness and simultaneously serving Christ and Veliar (2 Cor. 6.15). 

The blessed deceased leaders of the Russian Church Abroad, Metropolitan Anthony and Anastasius, were the banner of such fidelity to the Russian Church and the guardians of its heritage abroad until the day when, by the grace of God, freedom of Faith and the rebirth of the Church would not have come to Russia.  As a kind of precious guarantee of hers, they cherished the unity of its foreign part and fervently called for those who separated from it.  Church separation in Western Europe and America was the cause of great suffering for their loving archpastoral hearts, as well as for all those who cherish our Russian Church. 

Which of us also does not suffer from this separation?  How many of us can remain indifferent when we see the sad fruits of separation, sometimes penetrating the very families of believers and provoking mutual hostility even among close relatives?  How many of us do not hear the sighs of contrition at the sight of the temptation that it is for youth, often pushing it away from the Church in general? 

Finally, separation weakens our voice of protest against the persecution of the Church in the USSR. 

In the light of these thoughts and the canonical truth so important for healthy church building, we come to the question of the position of our Church in Western Europe, to our deep sorrow that has been woefully divided since 1926. 

When we learned that the Patriarch of Constantinople rejected the Western European Exarchate, established by his predecessor in 1931, and proposed that he submit to Moscow, we rejoiced that His Eminence Archbishop George and his clergy refused to fulfill such an unworthy offer.  This pleased us because the rejection of the Moscow temptation, it seemed, could bring them closer to us and tell them that they should seek unity with those of their brothers who invariably expose the lies preached by the so-called Moscow Patriarchate.  And this is all the more so since division has already largely eliminated in the hearts of the flock, in which we notice a great thirst for the restoration of unity. 

Alas, it was a great disappointment for us to report that instead of unification, the leaders of the former Exarchate take the path of consolidating their separation not only from us, but also from the Russian Church in general. 

With great anxiety, sorrow and perplexity, we inquired about the organization in Paris of an "Independent and Independent Archbishopric of the Orthodox Church of France and Western Europe", formed, according to newspapers, by His Grace Archbishop George of the former Russian exarchate of the Patriarchate of Constantinople. 

The creation of this new “independent” Archdiocese, in its very name even having lost all indications of belonging to the Russian Church, is not only a sad and unjustifiable act, but also completely uncanonical. 

The blessed Church of Christ is not the organization of any group of people who can dispose of at their discretion, repeatedly changing their hierarchy under the influence of the conditions of the moment.  It is a divine institution, originating from Christ the Savior and the Holy Apostles, affirming its existence on the firm foundation of the holy canons and preserving its apostolic succession until the second and glorious coming of our Lord Jesus Christ and to the foundation of the eternal Kingdom of Heaven. Unity with the Ecumenical Church is carried out through the Local Churches and their dioceses and parishes.  During the earthly existence of the Church of Christ, certain groups that did not stand on the true path fall away from it, and we consider it our duty to publicly warn that if, in fact, an “Independent and Independent Archdiocese of the Orthodox Church of France and Western Europe” is formed, then this, she will be on the dangerous path of church-canonical autocracy, which in the end result can lead her to fall away from the unity of the Church of Christ, because neither is holy. the canons, nor the history of the Church of Christ in all the centuries of its existence, do not know such unauthorized formations. External belonging to a church organization with the name of Orthodoxy does not at all give confidence in the actual participation in the Kingdom of God according to the Savior: “Not everyone who speaks to me, Lord, Lord, will enter the kingdom of heaven, but fulfilling the will of my Father in heaven.  Many will say to me that day: Lord, Lord, have we not prophesied in your name? and didn’t they cast out demons in your name? and didn’t you perform many miracles in your name? And then I will declare to them: I never knew you; depart from Me, doing iniquity” (Mt 7.21-23). 

For the sake of clarity of our warning, we should briefly recall the path that the long-suffering Russian Church follows.  Our Homeland-Russia received the Christian Faith from the Greeks at St. [equal to the apostles] Grand Duke Vladimir, to this day, preserves the Holy Orthodox Faith intact, despite all the great tribulations and persecutions that she has undergone over the past 50 years.   As you know, at first the Russian Orthodox Church in the Kiev period was in the canonical jurisdiction of the Patriarch of Constantinople, then in the Moscow period it acquired canonical independence under the leadership of the Moscow Metropolitans and Patriarchs, for 217 years it was then canonically beheaded, losing its Patriarch and being under the authority of the All-Russian Holy ruling Synod, until in 1917 at the All-Russian Church Council it again received its Head in the person of the ever-memorable His Holiness Patriarch Tikhon, to keep the purity of Orthodoxy and fearlessly protects it from erected at her persecution by the godless Communist government.
 
In those terrible years of persecution with wise forethought, His Holiness Patriarch Tikhon ordered the Russian dioceses, which, due to the events of the Civil War and Revolution, had no communion with the Supreme Church Administration in Moscow, to unite together with their canonically grounded resolution of November 7/20, 1920 and form separate church administrations and thus preserve the fullness of church life.  A year earlier, under the chairmanship of the oldest Russian hierarch, Metropolitan Anthony of Kiev and Galitsky, who was the first candidate to be elected to the Patriarchal throne, the Supreme Church Administration in the South of Russia was formed as the canonical supreme church authority for those Russian regions that were free from godless authorities.  After the enslavement by her and the South of Russia, the Supreme Church Administration, together with many Russian Orthodox people, went abroad to Russia, and by the unanimous desire of all the bishops who were free, this Higher Church Administration was transformed into the Higher Church Administration Abroad, which was first with the blessing of the Ecumenical Patriarch acted in Constantinople, and then, at the invitation of the Serbian Patriarch, moved to Yugoslavia, spiritually nourishing Russian people scattered around the world. 

April 22 / May 5, 1922 No. 348, at the request of the Soviet authorities, was followed by a decree of His Holiness Patriarch Tikhon on the closure of the Supreme Church Administration abroad for his actions against the Soviet government and in defense of the enslaved Russian people.  On August 20 / September 2, 1922, at the unanimous request of all Russian bishops who were abroad, the Provisional Holy Synod of Bishops of the Russian Orthodox Church Outside of Russia was formed, which was soon renamed permanent. 

In 1926, the head of the Western European Metropolitanate, Metropolitan Eulogius refused to obey the church-administrative orders of the Synod of Bishops.  This caused a heavy church turmoil abroad. After some time of independent existence, he became subordinate to the then head of the Moscow Patriarchate after the death of Patriarch Tikhon, Metropolitan Sergius, who completely enslaved his well-known declaration of 1927 to the Soviet regime, recognizing its joys and successes with its joys and successes.  Metropolitan Eulogius, who nurtured free Russian people in Western Europe, could not remain subordinate to the Moscow Church Administration for a long time.  Having been persecuted from Moscow, on February 17, 1931, he took refuge in the Patriarchate of Constantinople, which took him into his canonical jurisdiction, in which the Western European Metropolis has remained to this day.  In 1934, the Council of Bishops in Sremsky Karlovtsy, finding ways to restore church unity, lifted the ban on clergy from Metropolitan Eulogius and urged him to return to the fold of the Russian Church Abroad, but Metropolitan Eulogius did not heed this appeal and remained under the jurisdiction of the Patriarch of Constantinople.  However, in 1935, he arrived at a meeting of Russian foreign bishops under the chairmanship of the Patriarch of Serbia Barnabas and took an active part in the elaboration of a regulation on the Church Abroad there, but did not reunite with it contrary to the example of the North American Metropolitan Theophilos. 

Although the Synod of Bishops warned the Russian Western European Metropolis against the subordination of the Patriarchate of Constantinople due to the canonical foundations and the particularly difficult and dangerous circumstances of church life that we are now experiencing, this submission nevertheless created some semblance of the legal and canonical position for the Western European Exarchate in the sight of the ancient church and historical authority of the Patriarchate of Constantinople, it goes without saying, regardless of the actions of its modern leaders. 

The formation at the present time from the Russian Orthodox parishes in Europe of the “independent independent Archdiocese of the Orthodox Church of France and Western Europe” not only has no grounds and no precedents in church history, but is also an act of renunciation in relation to the Russian Orthodox Church and to our long-suffering For the motherland, for it is a rejection of Russian nationality and a transfer of the material wealth of the Russian Orthodox Church to the new “independent and independent Archie iskopii France and Western Europe, the Orthodox Church. " 

The name of the new Church as “independent” and “Archbishopric”, and not a diocese, without any indication of its connection with the Russian Church, goes much further than the temporary autonomy that Patriarch Tikhon’s decree of November 7/20, 1920 provides for individual parts of this Church.  This is essentially a self-made declaration of autocephaly without the necessary canonical data and contrary to church need, which in fact in this case is the unification of Orthodox Russian people in Western Europe. 

This new church education, which is unjustifiable and barely able to gain anyone’s recognition, like any non-canonical and unauthorized act, threatens the Western European flock only with further isolation and removal from the common Orthodox unity.

To the foregoing, we must add that all this must be equally attributed to the so-called American Metropolis, which also has no canonical grounds for its present position. 

Representing the Russian Orthodox Church in the free world and standing guard over its spiritual and historical interests, we consider it our duty to declare the foregoing for the general public and fervently call on the Russian Western European Diocese, led by His Grace Archbishop George and His Grace Bishop Methodius, parishes and Orthodox belonging to them, to fulfill their duty, not to abandon their native Russian Church, but to return to the principles established by His Holiness Patriarch Tikhon, and reunite camping with the Russian Orthodox Church Outside of Russia.  They will not be cramped in the arms of our brotherly love. 

If they do not wish to heed our fraternal appeal, then all who wish to remain faithful to the Church of Christ and save their souls for eternal life should seek spiritual nourishment from the lawful and blessed Archpriest Bishop Anthony, Archbishop of Western Europe and Geneva. 
May the Lord inspire leaders b. Exarchate is the right path of love, unity and fidelity to the Russian Orthodox Church.
+ Metropolitan Filaret. 
New York 
January 14, 1966


Послание
Первоиерарха Русской Православной Церкви Заграницей
русским православным архипастырям, пастырям, приходам и русским православным людям в Западной Европе и во всех странах рассеяния.
"Итак я, узник в Господе, умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны, со всяким смиренномудрием и кротостью, и долготерпением, снисходя друг ко другу любовию, стараясь сохра­нять единство духа в союзе мира" (Еф 4.1-3).
Тяжёлые испытания, ниспосланные Русскому народу со времени революции, проявились в ряде искушений в области церковной жизни. Если на наших братьев на Родине легла трудная задача сохранения Веры и Цер­кви в условиях жестоких гонений, то на нас, живущих на свободе, лежит долг не только сохранения в изгнании своей Веры неповреждённой, но и соблюде­ние верности своей гонимой Церкви Матери, несмотря на то, что мы не можем иметь общения с её нынешним официальным возглавлением, избравшим путь смешения света со тьмою и одновременного служения Христу и Велиару (2Кор 6.15).
Блаженнопочившие возглавители Русской Зарубеж­ной Церкви, Митрополиты Антоний и Анастасий, были знаменем такой верности Российской Церкви и храни­телями её достояния за рубежом до того дня, когда, по милости Божией, не наступила бы в России свобода Веры и возрождение Церкви. Как некий драгоценный залог её они берегли единство её зарубежной части и горячо призывали к нему тех, кто от неё отделялся. Церковное разделение в Западной Европе и в Америке было причиной большого страдания для их любящих архипастырских сердец, равно как и для всех тех, кому дорога наша Русская Церковь.
Кто из нас тоже не страдает от этого разделения? Кто из нас может оставаться равнодушным, когда мы видим печальные плоды разделения, иногда проникающего в самые семьи верующих и вызывающего взаимную неприязнь даже у близких родственников? Кто из нас не слышит вздохов сокрушения при виде того соблазна, каким является оно для молодёжи, часто отталкивая её от Церкви вообще?
Наконец, разделение ослабляет наш голос про­теста против преследования Церкви в СССР.
В свете этих мыслей и столь важной для здорового церковного строительства канонической правды мы подходим и к вопросу о положении нашей Церкви в Западной Европе, к глубокому нашему огорчению испытывающей горестное разделение уже с 1926 года.
Когда мы узнали о том, что Константинопольский Патриарх отказался от учреждённого его предшественником в 1931 году Западно-Европейского Экзархата и предложил ему подчиниться Москве, мы возрадова­лись тому, что Высокопреосвященнейший Архиепископ Георгий и его духовенство отказались исполнить такое недостойное предложение. Нас это радовало потому, что отвержение Московского соблазна, казалось, могло приблизить их к нам и подсказать им, что им на­до искать единства с теми их братьями, которые неизменно обличают ложь, проповедуемую т.н. Московской Патриархией. И это тем более, что разделение в значительной мере уже изживалось в сердцах па­ствы, у которой мы замечаем большую жажду восстановления единства.
Увы, большим огорчением для нас явилось сообщение, что вместо объединения возглавители бывшего Экзархата становятся на путь закрепления своего отделения не только от нас, но и от Русской Церкви вообще.
С большой тревогой, скорбью и недоумением мы осведомились об организации в Париже «Независи­мой и самостоятельной Архиепископии Православной Церкви Франции и Западной Европы», образованной, как сообщают газеты, Преосвященным Архиепископом Георгием из бывшего русского экзархата Константинопольской Патриархии.
Создание этой новой «независимой» Архиепископии, в самом названии своём даже утратившей всякое указание на принадлежность к Русской Церкви, явля­ется актом не только печальным и ничем неоправдываемым, но и совершенно неканоничным.
Благодатная Христова Церковь не является организацией какой-либо группы людей, которые могут распоряжаться по своему усмотрению, неоднократно меняя своё священноначалие под влиянием условий данного момента. Она является божественным установлением, ведущим своё начало от Христа Спасителя и Святых Апостолов, утверждающим своё бытие на твёрдом основании священных канонов и сохраняющим своё Апостольское преемство до второго и славного пришествия Господа нашего Иисуса Христа и до основания вечного Небесного Царствия. Единство со Вселенскою Церковью осуществляется через Поместные Церкви и их епархии и приходы. В течение зем­ного существования Церкви Христовой от неё отпадают те или иные группы, не устоявшие на истинном пути, и мы считаем своим долгом во всеуслышание предостеречь, что если действительно в Париже будет образована «Независимая и самостоятельная Архиепископия Православной Церкви Франции и Западной Европы», то этим она станет на опасный путь церковно-канонического самочиния, которое в конечном результате может привести её и к отпадению от единства Церкви Христовой, потому что ни свящ. ка­ноны, ни история Христовой Церкви во все века её существования не ведают таких самочинных образований. Внешняя принадлежность к церковной организации с именем Православия отнюдь ещё не даёт уверенности в действительном участии в Царствии Божием по слову Спасителя: «Не всякий, говорящий Мне Господи, Господи, войдёт в Царствие Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи, Господи, не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я ни­когда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф 7.21-23).
Для большей ясности нашего предупреждения мы должны кратко напомнить о том пути, которым идёт многострадальная Русская Церковь. Наша Родина-Россия приняла Христову Веру от греков при св. равноап. Великом Князе Владимире и до сего дня неповреждённо хранит Святую Православную Веру, несмотря на все те великие скорби и гонения, какие она претерпевает в течение последних 50 лет. Как известно, сначала Русская Православная Церковь в Киевский период была в каноническом ведении Константинопольского Патриарха, затем в Московский период приобрела каноническую самостоятельность под главенством Московских Митрополитов и Патриархов, в течение 217 лет она затем была канонически обезглавлена, лишившись своего Патриарха и находясь в ведении Всероссийского Святейшего Правительствующего Синода, пока в 1917 г. на Всероссийском Церковном Соборе не получила вновь своего Главу в лице приснопамятного Святейшего Патриарха Ти­хона, хранившего чистоту Православия и безстрашно защищавшего её от воздвигнутых на неё гонений со стороны безбожного коммунистического правительства.
В те страшные годы гонений с мудрой предусмо­трительностью Святейший Патриарх Тихон своим ка­нонически обоснованным постановлением от 7/20 ноября 1920 г. за №362 повелел русским епархиям, которые в силу событий гражданской войны и революции не имеют общения с Высшим Церковным Управлением в Москве, соединяться вместе и об­разовывать отдельные церковные управления и таким образом сохранять полноту церковной жизни. Ещё за год до этого под председательством старейшего русского иерарха, Митрополита Киевского и Галицкого Антония, бывшего первым кандидатом при избрании на Патриарший престол, было образовано Высшее Цер­ковное Управление на Юге России, как каноническая высшая церковная власть для тех русских областей, которые были свободны от безбожной власти. После порабощения ею и Юга России, Высшее Церковное Управление вместе с множеством русских православных людей выехало за границу России, и по еди­нодушному желанию всех архиереев, находившихся на свободе, это Высшее Церковное Управление было преобразовано в Высшее Церковное Управление Загра­ницей, которое сначала по благословению Вселенского Патриарха действовало в Константинополе, а затем, по приглашению Сербского Патриарха, переселилось в Югославию, духовно окормляя рассеянных по всему миру русских людей.
22 апреля/5 мая 1922 г. за №348, по требованию советских властей последовал указ Святейшего Патриарха Тихона о закрытии Высшего Церковного Управления за границей за его выступления против Совет­ской власти и в защиту порабощённого Русского народа. 20 августа/2 сентября 1922 г., по единодушному желанию всех русских архиереев, находившихся за границей, был образован Временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви За­границей, вскоре переименованный в постоянно действующий.
1926 г. возглавлявший Западно-Европейскую Митрополию Митрополит Евлогий отказался подчиняться церковно-административным распоряжениям Архиерейского Синода. Этим была вызвана тяжёлая церковная смута за границей. После некоторого времени независимого существования он вошёл в подчинение возгла­влявшему тогда после кончины Патриарха Тихона Мо­сковскую Патриархию Митрополиту Сергию, вполне поработившемуся своей известной декларацией 1927 г. Советской власти, признав её радости и успехи своими радостями и успехами. Митрополит Евлогий, окормлявший свободных русских людей в Западной Европе, не мог долгое время оставаться в подчинении Москов­скому Церковному Управлению. Подвергшись прещениям из Москвы, он 17 февраля 1931 г. нашёл себе прибежище в Константинопольской Патриархии, принявшей его в своё каноническое ведение, в котором Западно-Европейская Митрополия и пребывала до настоящего времени. В 1934 г. Архиерейский Собор в Сремских Карловцах, изыскивая пути для восстановления церковного единства, снял с Митрополита Евлогия запрещение в священнослужении и призвал его к возвращению в лоно Русской зарубежной Церкви, но Митрополит Евлогий не внял этому призыву и оставался в ведении Константинопольского Патриарха. Однако в 1935 г. он прибыл на совещание русских зарубежных архиереев под председательством Патриарха Сербского Варнавы и принимал деятельное участие в выработке там положения о Зарубежной Церкви, но не воссоединился с нею вопреки примеру Северо-Американского Митропо­лита Феофила.
Хотя Архиерейский Синод и предостерегал русскую Западно-Европейскую Митрополию от подчинения Кон­стантинопольской Патриархии в силу канонических оснований и особо сложных и опасных обстоятельств церковной жизни, которые мы теперь переживаем, это подчинение всё-таки создавало некоторую видимость законно-канонического положения для Западно-Европейского Экзархата в виду древнего церковного и исторического авторитета Константинопольской Патриархии, само собою разумеется, независимо от действий её современных возглавителей.
Образование же в настоящее время из русских православных приходов в Европе «независимой са­мостоятельной Архиепископии Православной Церкви Франции и Западной Европы» не только не имеет никаких оснований и никаких прецедентов в церков­ной истории, но и является актом отречения в отношении к Русской Православной Церкви и к нашей много­страдальной Родине, ибо является отказом от русской национальности и передачей материального достояния Рус­ской Православной Церкви уже не имеющей к ней отношения новой «независимой и самостоятельной Архиепископии Православной Церкви Франции и Западной Европы».
Наименование новой Церкви «независимой» и «Архиепископией», а не епархией, без всякого указания на связь её с Русской Церковью, — идёт гораздо дальше той временной автономии, какую предоставляет отдельным частям этой Церкви постановление Патриарха Ти­хона от 7/20 ноября 1920 г. Это есть в сущности самочинное объявление автокефалии без необходимых для того канонических данных и вопреки церковной нужде, которою на самом деле в данном случае являет­ся объединение православных русских людей в Западной Европе.
Это ничем не оправданное и едва-ли могущее по­лучить чьё-либо признание новое церковное образование, как всякое неканоническое и самочинное деяние, грозит Западно-Европейской пастве только дальнейшим обособлением и удалением от общего православного единства.
К вышеизложенному мы должны добавить, что все это в такой же степени надо отнести и к так называ­емой Американской Митрополии, которая также не имеет никаких канонических оснований для настоящего своего положения.
Представляя Русскую Православную Церковь в свободном мире и стоя на страже её духовных и исторических интересов, мы почитаем своим долгом объявить о вышеизложенном для всеобщего сведения и горячо призываем русскую Западно-Европейскую епархию, возглавляемую Преосвященным Архиепископом Георгием и Преосвященным Епископом Мефодием, приходы и православных русских людей, к ним принадлежащих, исполнить свой долг, не отказываться от своей родной Русской Церкви, а вернуться к началам, установленным Святейшим Патриархом Тихоном, и воссоединиться с Русской Православной Церковью За­границей. Им не тесно будет в объятиях нашей брат­ской любви. Если же они не пожелают внять нашему братскому призыву, то всем, кто пожелают сохранить верность Христовой Церкви и спасать свою душу для вечной жизни, надлежит обратиться за духовным окормлением к законному и благодатному Архипастырю Преосвященному Антонию, Архиепископу Западно-Евро­пейскому и Женевскому.
Господь да внушит руководителям б. Экзархата правый путь любви, единства и верности Русской Пра­вославной Церкви.
+ Митрополит Филарет.
г. Нью Иорк.

Waters of Babylon

Metropolitan Philaret: On the rivers of Babylon
Author: m.Rafaila. Publication date: February 16, 2015 . Category: ROCA Archive 

As Lent approaches, more and more special prayers appear in worship, with which the Church, as it were, leads, prepares us for fasting times of prayer, fasting and repentance.

When there was a week of the Publican and the Pharisee, the Church on the eve sang a song of repentance - “Repentance opened the doors, Life of the Savior,” and the next, last, Saturday, the prayer book, which was sung today, was added. This is one of the psalms of the psalter of David, which begins with the words: " On the rivers of Babylon, tamo with the saddle and weeping, always remember us Zion ."

Even last year and the year before last I had to talk about the significance of this song in our New Testament worship service, but not everyone probably remembers it and not everyone has heard it, so I’ll remind you again.

First of all, in this psalm a certain moment is remembered from the sacred history, which is indicated by words taken from it: " Remember, Lord, sons of Edom, saying on the day of Jerusalem: drain it, drain it to its foundations ." These words point to the tragedy that the people of Israel experienced when the city of Jerusalem was destroyed by the conquerors - the Babylonian king Nebuchadnezzar, and the people of Israel were captured by the distant Babylonian rivers.

Preparing to meet and repel the conqueror, Israel enlisted the help of its sister tribe of Edomites, the descendants of Esau, the "sons of Edom." They promised union, help and support to the Jewish people. And so, in this psalm it is indicated how perfidiously they changed what traitors these “sons of Edom on the day of Jerusalem” turned out to be - on that terrible day that was so remembered by Jerusalem - when the enemies, cruel and merciless, destroyed the holy city, but " the sons of Edom, "instead of the promised help, shouted:" Drain, drain to its foundations, "that is, destroy it to the very foundation ...

Who then would complain to the defeated Israelis? Who could they tell their grief and suffering? From antiquity comes to us the old phrase "woe to the vanquished." No one had to seek protection and help for the defeated Israelis. And so they turn to the Lord, saying, "Lord, remember, sons of Edom on the day of Jerusalem" - Lord, do not forget in Your justice of this terrible day of Jerusalem, when such a terrible betrayal was carried out by those who promised to be our allies ...

"Woe to the vanquished." So it was then. It happens now.

When there were last formidable wars, and some turned out to be winners, while others were defeated, the winners declared the defeated "war criminals", although they fought for their country as vigorously and bravely as the winners for their own. This was not before the "world wars", when the conquerors were able to respect the courage and bravery of the vanquished, they did not call them criminals and did not bring them to justice.

This is similar to how in some countries the “revolutionary leapfrog” is going on: one system is replaced by another, and one party overcomes the other. When two parties fought and one won the other, the winners declared themselves patriots, and the opponents - gangsters. A short time has passed; the situation has changed; and the gangsters turned out to be patriots, and the patriots - gangsters. For - "woe to the vanquished."

But of course, the main meaning of the song "On the rivers of Babylon," as applied to Christians, is not only in this historical moment. This psalm reminds us of how the Jews in captivity of Babylon learned to love their shrines, cherish them and protect them. The cruel conquerors said to them: " Sing to us from the song of Zion, " and they answered: " Kako, let us sing the song of the Lord on an alien land? "

So, here we, who have visited many rivers far from their homeland, should take an example from the Jewish people, as he learned to protect his shrines in captivity in Babylon, to honor them and treasure them.

But the main, spiritual meaning of this psalm was explained, in agreement with the other sv. fathers, the once great old man Ambrose. In one of his instructional letters about. Ambrose, referring to himself, says: "Dushi Babylon, my cursed flesh, when will I learn to break your sinful babies on a stone of faith?" When sin was only identified in the soul of man, but had not yet mastered it, St. fathers call him a "sinful baby." This means that the temptation of sin has become apparent in the soul, but a person can defeat this temptation, which is exactly when it needs to be reflected when it first appears. If a person detains an object that tempts him in the soul and in thought, stopping his attention on him, then with each moment he becomes sharper and more attractive, and the longer this temptation remains in the soul, the more difficult it is to overcome. That is why the great old man says that it is necessary to “break sinful babies on the stone of faith,” and fight against sin, throwing it out — when he appeared in the soul, but he was still weak, like a baby, and did not possess the soul. And it must be remembered by each of us.

Probably, many of you read how one wise old man taught his student, a young novice, to deal with sins and said to him: "Child, tear this tree out." It was very young, just beginning to grow, and he easily did it. "Now tear this out," said the elder. The other tree was much thicker, since it grew longer, and the novice pulled it out with great difficulty. "Now pull this one out," and the old man pointed to a thick old tree. Of course, the student could not do anything here. And the elder says: "Remember, you must fight against sin at the very beginning, otherwise it will turn into a habit and then it will be difficult to overcome it, and then it can take hold of the soul so that it will be completely unable to tear it away."

And it is about this feat of struggle with sin that the song “On the rivers of Babylon” tells us, teaching us that we need every sinful temptation that approaches us, as soon as it appears, smash it on the stone of faith, not allowing it to be mastered. soul. Amen.

Metropolitan Philaret. Sermons and teachings. t. i . Published by the Russian Orthodox Youth Committee of the Russian Orthodox Church Abroad. On the 50th anniversary of the priesthood in 1931 - 1981 pp. 88-87.

http://internetsobor.org/index.php/istoriya/rptsz/arkhiv-rptsz/mitropolit-filaret-na-rekakh-vavilonskikh-propoved
Митрополит Филарет: На реках вавилонских
Автор: Интернет Собор. Дата публикации: 23 февраля 2019. Категория: Архив РПЦЗ.
По мере того, как приближается Великий Пост, все больше и больше появляются в богослужении особые молитвословия, которыми Церковь как бы подводит, готовит нас к постному времени молитвы, поста и покаяния.
Когда была неделя Мытаря и Фарисея, Церковь накануне запела песнь покаяния – "Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче", а в следующую – прошлую – субботу прибавилось ещё то молитвословие, которое пелось и сегодня. Это – один из псалмов псалтири Давидовой, который начинается словами: "На реках вавилонских, тамо седохом и плакахом, внегда помянути нам Сиона".
Ещё в прошлом и позапрошлом году приходилось мне говорить о значении этого песнопения в нашем Новозаветном богослужении, но не все, вероятно, это помнят и не все слышали, поэтому напомню ещё раз.
Прежде всего, в этом псалме воспоминается определённый момент из священной истории, на который указывают слова, взятые из него: "Помяни, Господи, сыны эдомские, в день Иерусалимль глаголющие: истощайте, истощайте до оснований его". Эти слова указывают на ту трагедию, которую пережил народ израильский тогда, когда город Иерусалим был разрушен завоевателями – Вавилонским царём Навуходоносором, а народ израильский был отведён в плен к далёким рекам вавилонским.
Готовясь встретить и отразить завоевателя, Израиль заручился помощью родственного ему племени идумеев, потомков Исава, "сынов эдомских". Они обещали иудейскому народу союз, помощь и поддержку. И вот, в этом псалме указывается, как вероломно они изменили, какими предателями оказались эти "сыны эдома в день Иерусалима" – в тот страшный день, который был так памятен Иерусалиму, – когда враги, жестокие и безпощадные, разрушали священный город, а "сыны эдома", вместо обещанной помощи, кричали: "Истощайте, истощайте до оснований его", т.е. разрушайте его до самого основания...
Кому же было потом пожаловаться побеждённым израильтянам? Кому могли они поведать свою скорбь и страдание? Из древности идёт к нам старинное выражение "горе побеждённым". Не у кого было искать защиты и помощи побежденным израильтянам. И вот, ко Господу они обращаются, говоря: "Помяни, Господи, сыны эдомские в день Иерусалимль" – не забудь, Господи, в Твоём правосудии этого страшного дня Иерусалима, когда такое ужасное предательство осуществили те, кто обещали быть нашими союзниками...
"Горе побеждённым". Так это было тогда. Так бывает и теперь.
Когда были последние грозные войны, и одни оказались победителями, а другие оказались побеждёнными, то победители объявили побеждённых "военными преступниками", хотя те так же энергично и мужественно боролись за свою страну, как победители за свою. Этого не было до "мировых войн", когда завоеватели умели уважать мужество и храбрость побеждённых, не называли их преступниками и не предавали суду.
Это похоже и на то, как в некоторых странах идёт "революционная чехарда": один строй сменяется другим, и одна партия одолевает другую. Когда боролись две партии и одна другую победила, то победители объявили себя патриотами, а противников – бандитами. Прошло короткое время; положение изменилось; и бандиты оказались патриотами, а патриоты – бандитами. Ибо – "горе побеждённым".
Но конечно, основной смысл песнопения "На реках вавилонских", применительно к нам христианам, не в этом только историческом моменте. Нам этот псалом напоминает о том, как евреи в плену вавилонском научились любить свои святыни, дорожить ими и беречь их. Жестокие завоеватели говорили им: "Воспойте нам от песней Сионских", а они отвечали: "Како воспоем песнь Господню на земли чуждей?".
Так, вот и нам, которые побывали на многих реках вдали от своего отечества, надлежало бы взять пример с еврейского народа, как он научился в плену вавилонском беречь свои святыни, почитать их и дорожить ими.
Но основной, духовный смысл этого псалма был объяснён, в согласии с другими св. отцами, когда-то великим старцем Амвросием. В одном из своих наставительных писем о. Амвросий, обращаясь к себе самому, говорит: "Дщи вавилоня, плоть моя окаянная, когда же я научусь разбивать греховных младенцев твоих о камень веры?". Когда грех ещё только обозначился в душе человека, но ещё не овладел ею, св. отцы называют его "греховным младенцем". Это значит, что соблазн греха обозначился в душе, но человек может победить этот соблазн, который именно тогда и нужно отражать, когда он только появляется. Если человек задерживает соблазняющий его предмет в душе и в мысли, останавливая на нем своё внимание, то он с каждым моментом становится острее и притягательнее, и чем дольше остаётся этот соблазн в душе, тем труднее его преодолеть. Вот почему и говорит великий старец, что нужно "греховных младенцев разбивать о камень веры", и бороться с грехом, выбрасывая его вон – тогда, когда он появился в душе, но ещё слаб, как младенец, и ещё душею не овладел. И это надлежит помнить каждому из нас.
Вероятно, многие из вас читали, как один мудрый старец учил своего ученика, молодого послушника, бороться с грехами и говорил ему: "Чадо, вырви это деревцо". Оно было совсем молоденькое, только что начало расти, и тот без труда это сделал. "Теперь вырви вот это", сказал старец. Другое дерево было гораздо толще, т. к. дольше росло, и послушник вырвал его с большим трудом. "А теперь вырви вот это", – и старец показал на толстое старое дерево. Конечно, ученик ничего тут сделать не мог. А старец и говорит: "Помни, с грехом надо бороться в самом начале иначе он обратится в привычку и тогда будет трудно одолеть его, а дальше он может так овладеть душою, что она уже совершенно будет не в силах от него оторваться".
И вот об этом подвиге борьбы с грехом и говорит нам песнопение "На реках вавилонских", научая нас тому, что нужно всякий греховный соблазн, который приближается к нам, сразу же, как только он появится, разбивать о камень веры, не допуская его овладеть душою. Аминь.
Проповеди и поучения. Том I. Нью-Йорк, 1981. С. 84-87.


Interview October 30, 1970

http://www.portal-credo.ru/site/print.php?act=news&id=99669
March 26, 2013, 5:00 pm

ARCHIVE: "Hasty actions do not contribute to a real overcoming the split .
Interview of sv. Metropolitan Philaret (Voznesensky), First Hierarch of the ROCOR, Catholic weekly "Public", October 30, 1970

- Your Eminence, what is the church canonical basis for the independence of the Russian Orthodox Church, which is not subject to the Moscow Patriarchate?

- Anticipating the approach of the situation in which "the Supreme Church Administration ... for some reason ceases its activities," the Holy Synod and the Supreme Church Council of the Russian Church, with the blessing of the most holy Patriarch Tikhon on November 20, 1920, by special resolution No. 362 imputed the duty to the bishops of the Russian Church which will preserve the freedom of action, "the organization of the highest authority of the Church Authority for several dioceses in the same conditions." Responsibility for the organization of such an instance Resolution of November 20, 1920 placed on "the oldest in the designated group by the rank of bishop."

The resolution of November 20, 1920 was exactly executed by the oldest of the 34 bishops of the Russian Church who were abroad at that time, His Beatitude Metropolitan Anthony of Kiev and Galicia.

The decree foresaw that the state of affairs that required such a decision "would take a long or even permanent character" and determined the duration of any measures and powers arising from the Decree, the restoration of a free, normally functioning central church authority in Russia.

The various prohibitions and interdictions to which the Moscow Patriarchate subsequently subjected the foreign organization were all imposed under the conditions of the imprisonment and captivity of the patriarchy and therefore cannot abolish the church-canonical basis for the existence of the free part of the Russian Church abroad — the Decrees of November 20, 1920. This document is not the “granting of rights” to free bishops for self-government, but imposing on them the duty of a completely definite way in which they must under all circumstances go until the Church in Russia itself becomes free and convenes a free Local Council, before which The foreign part of the Russian Church will have to report.


- What circumstances prevent the communion of the foreign part of the Russian Church with the Moscow Patriarchate?

- The Moscow Patriarchate in its current composition is formed from individuals selected by atheistic power, absolutely controlled by it and not free.

The main sign of the lack of freedom of the patriarchate is that it not only does not glorify the countless new martyrs of the Russian Church, but even scoffs at their memory, claiming that there has been no persecution of the Church in the USSR, and even never has happened. It is their lips that say not the Church, but "a liar and the father of lies." Communicating with them would mean communicating with him.

- Along with the officially recognized church organization in the Soviet Union, there are church opposition groups. What caused this?

- The reasons for the formation of secret communities "Tikhonovtsev", "Josephites", "True Orthodox Christians" are the same ones that prevent the free part of the Russian Church from communicating with the modern leaders of the patriarchate.


- Should we expect that the Russian Church in the coming decades will try to translate ethical and moral goal-setting of Christianity into social and political demands?

- The late Parisian historian of the Church, Professor Anton Vladimirovich Kartashev in his book "The Restoration of Holy Russia" put forward the idea that the traditional striving of the Orthodox consciousness to establish a "symphony" between the Church and the state, in the future, if the state remains secularized, will not have to look for its embodiment in the forms of relations between the Church and the state, and in the interaction of the Church and the public. The carriers of such an interaction, according to Professor Kartashev, could be fraternities of Orthodox laymen. The brotherhoods led by the Church, but independent in their specific actions, have often played a role in the history of Russia and the Russian Church.

The Orthodox Church takes the initiative in resolving social and political issues for the world. The beginnings of laypeople, consistent with the spirit and teachings of the Church, the Church can bless and support.


- The Roman Catholic Church is committed to fraternal dialogue with the Russian Orthodox Church. Can we expect contacts and cooperation to go beyond purely formal relations?

- What the Orthodox Church is striving for is not defined by the word “dialogue,” since dialogue is usually perceived as a desire to find compromises. In the spiritual realm, compromises do not bring us closer to the Truth. We strive to live in Christian love, to respect the Christian soul in every baptized Christian, to overcome our differences that do not relate to the confession of faith, but can be viewed as remnants of historical misunderstandings.

Hasty actions, whether Moscow (for political reasons), whether Constantinople (for other, but perhaps also political reasons) do not contribute to truly overcoming the split, which is possible only by the mercy and grace of God in Spirit and Truth.


- How do you assess certain trends in the Roman Catholic Church that have arisen in connection with changes in the relationship between the Church and society?

- We are afraid of chasing the imaginary popularity, we see the dangers arising from the use of inadequate methods for the church mission and preaching, we are afraid of chasing the century. The church is timeless. The Church knows that there can be no heaven on earth, but that the kingdom of God is a reality. The only task of the Church is to bring its children to this Kingdom.

Source: "Orthodox case", issue 1, 1971
http://www.alt-srn.ru/church/25-pravoslavie/1175-svobodnaia-chast-russkoi-cerkvi.html


Bodily Spiritual Healing

THROUGH BODILY HEALING CHRIST ALSO HEALS A PERSON SPIRITUALLY 
Today’s Gospel reading (Mk. 2:1-12) began with the words “And again He entered into Capernaum after some days, and it was heard that He was in the house.”  Immediately so many people gathered together so that there was no room even near the door, and Christ began to speak.  This is what happened in the early days of His ministry – people glorified Him for His wisdom, and especially for the miracles that He performed, and people flocked to see Him.  And so it is said that it was impossible to come close to Him, since he was always surrounded by crowds of people when He taught.  Now it happened that a man sick of the palsy was brought to Him, carried by four men.  What would we call this medical condition?  Paralysis, of course.  As you yourselves know, a person often becomes paralyzed because of a sinful, unrestrained life, most likely a depraved life, and the result is a paralysis of all his powers of body and soul.  That was why he had to be carried by four people.  Not being able to get close to Him due to the crowd, they took apart the roof of the house where the Savior was.  In those days, roofs were clad with clay tiles that were fairly easy to take apart.  Therefore, that was what they did, since it was impossible to get close to Him any other way.  The place was so crowded that it would have been virtually impossible for even one person to squeeze through, let alone a person on a cot carried byfour men.  So they broke through the roof where the Savior was, and let down the bed on which the paralytic lay. 
Even if they were not able to explain to the Savior their decisive action on the roof, it was an obvious testament to their strong belief in wanting to reach Him.  It is not mentioned whether they actually asked Him anything, but Jesus, seeing their faith, without any questions said to the paralytic, “Son, your sins are forgiven you.”  They had come so that their friend would be healed, yet Jesus is concerned about his sins.  Why?  It seemed to be beside the point!  Why does He speak about his sins?  Because, in any case, illness is always a result of sin – sometimes directly, sometimes indirectly.  If a person were without sin, he would not be sick, but a person’s sinful nature is weakened when he commits sin, and he makes himself susceptible to illness.  That is why the Lord first treats the very root of illness.  This is the only correct way to get well: before getting rid of the consequences, you have to get rid of the cause. 
The Lord said a couple of times in the Gospel, “Your sins are forgiven.”  And what almost always happened after that?  His enemies who were always present accused Him of blasphemy.  Do you remember how a woman came to Him, weeping over her sins and whose tears fell on His feet, and she wiped Them with her hair.  Remember how when Christ said, “Your sins are forgiven,” the Evangelist noted that those seated around them immediately said to themselves, “Who does He think He is, that He can forgive sins?” 
Here, too, when the Lord granted this poor man forgiveness of sins (and His word is in fact the deed, for once He said so, of course, his sins are no more – they are forgiven), there were scribes seated round about, thinking in their hearts that He uttered blasphemies, for who can forgive sins, except God alone?  (Unknowingly, they themselves were wrong in using the word ‘blasphemy’ in this case, but they were correct in thinking that no one can forgive sins except for God.)  Unknowingly, they actually confessed that He was God.  (Of course, they did not mean this at all, and they would never have wanted to admit this fact.)  Jesus knew immediately through the Holy Spirit what they were thinking, and said to them, “Why do you reason about these things in your hearts?  Which is easier, to say to the paralytic, ‘Your sins are forgiven you,’ or to say, ‘Arise, take up your bed and walk’?”  Which is easier?  From a human point of view, to say, “Arise, take up your bed and walk,” and then not have him get up and walk?  From a human point of view, as the scribes and Pharisees saw it, ‘Arise, take up your bed and walk’ was more difficult, and to say, “Your sins are forgiven” easier.  In actuality, from a spiritual and Christian point of view, it is of course easier to say the latter, because the doctors, even with all their healing powers, could not make the man get up and walk.  However, no doctor can forgive sins, in a spiritual sense.  But the Lord seems to say to them, “Look, I will go along with your way of thinking, and do that which to you seems more difficult.” 
In order that they would know that the Son of Man has the power on earth to forgive sins, the Lord says to the paralytic, “I say to you, arise, take up your bed, and go to your house.”  The paralytic immediately arose, took up the bed, and went out in the presence of them all, as if he had never been sick, so that all were amazed and glorified God, saying, “We never saw anything like this!”  In such cases, the scribes and Pharisees were forced to keep silence, because they could not argue the fact of his healing. 
I remember that when I was still a young man of the world, I always said that if I ever fell seriously ill, before being seen by the doctor I would first have the mystery of holy unction performed over me.  I would not go to the doctor for treatment unless I received this sacrament.  The Church believes that the mystery of holy unction not only invokes the mercy of God on a person’s bodily ailment, but also forgives all his forgotten sin s. The grace of this sacrament cleanses his soul of all impurity even if he cannot recall all his sins or repent of them consciously.  In this way the Lord treats the root of the illness, after which it is easy to treat its consequences.  Amen. 
St. Metropolitan Philaret of New York, Sermons, Vol. II, pp. 227-229 
With the blessing of Vladyka Iosif.
Спасо-Вознесенский Православный Храм
Holy Ascension Orthodox Church
РПЦЗ
Russian Orthodox Church Abroad
3921 University Drive
Fairfax, Virginia  22030